Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
12:37 

Работа №4

Durarara Festival
Название: I have found the perfect end
Пейринг: Кида/Микадо
Жанр: кроссовер, драма
Рейтинг: PG-13
Дисклеймер: Отказ от прав на персонажей
Саммари: ООС. Кроссовер со Сталкером, отсюда в некотором роде АУ, весьма и весьма ощутимое.
Авторские примечания: Навеяно заявкой с кроссовер-тура. Если что-отсылка на первую игру сталкерской серии.
Размещение: Запрещено

Фанфик был написан на Осенний фестиваль

Расскажи они кому эту историю, не упустив ни одной детали, их наверняка сочли бы сумасшедшими, или же попросту сплетниками, все бы зависело от настроения собеседника. Потому что такого просто не могло быть ни по законам выживания и здравого смысла, ни по негласному кодексу этих мест. Парень иногда даже представлял эту картину – поздний вечер и запах костра, языки пламени, облизывающие влажные поленья, от чего те тихо шипят и потрескивают, внимательный взгляд слушателя, то и дело скользящий с одного рассказчика на другого. Однако кто станет слушать о том, как?..
***
- Микадо, не двигайся, - голос прозвучал сухо, напряженно, - А теперь посмотри под ноги и соображай.
- Разминировать надо.
- А ты умеешь? – смесь раздражения и сарказма.
- Но все же, - Рюугамине осторожно сделал шаг назад, опустился на одно колено и проследил лучом света от фонарика тонкую стальную нить растяжки, - Заденем – взлетим на воздух. Хочешь?
- Обойдусь, пожалуй. Но ты и под прицельный огонь с таким же рвением полезешь? Тихо проберемся, а там подумаем.
Парень не нашелся с ответом, лишь неопределенно повел плечом, встал и осторожно перешагнул через леску, проходя в следующую подвальную комнату заброшенной заправки. Масаоми был отчасти прав: не умеешь – нет смысла и браться, все-таки не каждый же день приходится заниматься такими вещами. А что толку от теории без практики?
- Эй, Микадо? Давай осмотрим тут все, а? Наверняка что-то должно полезное заваляться, не зря же тут гранаты понатыканы.
***
Поездка на другой конец мира попахивала либо безумством и безрассудностью, либо давней мечтой, ставшей чем-то вроде идеи фикс. А может быть, и тем, и другим. Но Масаоми тщательно к этому готовился, твердо для себя все решив. Уговоры, упреки и недоуменные взгляды так и не смогли остудить его пыл, и через три года Кида обладал практически всей нужной ему информацией, начиная от более-менее подробной карты Зоны, заканчивая координатами одного из военных, который за немаленькую сумму не отказался бы подкинуть одного сумасшедшего подростка до района первого блокпоста и даже случайно обмолвиться, в каком месте безопаснее всего проникнуть внутрь Периметра. Но когда в последний раз все складывалось именно так, как было задумано сначала?
В заднем кармане настойчиво вибрировал телефон, но поднимать трубку Кида не спешил – меньше всего сейчас хотелось разговаривать с ним за два дня до отъезда. Мобильник снова пиликнул, на этот раз уже тише, и, мигнув пестрой заставкой на экране, сообщил о новом сообщении.
- Эй, Кида, ты же привезешь мне какую-нибудь экзотическую штучку, а? – донесся из динамика телефона плавный голос Орихары. - Я настаиваю на сувенире взамен на свою помощь. Согласен? – Кида мог поклясться кому угодно, что слышал, как ухмыльнулся информатор на другом конце провода. – Правда, есть одна небольшая загвоздка. Тебе приходилось когда-нибудь убивать людей? Завтра, восемь вечера, крыша твоей старой школы. Мне не хочется разговаривать на эту тему с автоответчиком.
Этот чертов Орихара опять за свое. Правы были те, кто говорил, что люди со временем не меняются, лишь набираются опыта и сглаживают некоторые черты своего характера. Специально. Информатор специально говорил по-русски, медленно, словно мурлыкал, с режущим слух акцентом. Хотя за то время, что было в его распоряжении, Масаоми сам вряд ли научился говорить лучше. Тихо чертыхнувшись себе под нос, он швырнул телефон на кресло и быстро застегнул замок черной спортивной сумки – ему уже девятнадцать, а он все так же попадается на крючок Изаи. Крыша так крыша.
***
- Интересно, как далеко мы уже зашли? – спросил Микадо, скорее пытаясь разрядить обстановку, нежели на самом деле этим интересуясь. Игры кончились, не так ли? Кончились именно тогда, когда они сделали первый шаг на эти земли. А может даже раньше, когда они оба стали практически одержимы этой идеей. – И правда ли вообще все это? Исполнитель Желаний…
- Сомневаешься что ли? Эх, Микадо, Микадо! О наших подвигах должны будут слагать легенды! Кто эти герои? Вариант первый – Масаоми Кида! Вариант второй – Масаоми Кида! – блондин захихикал в кулак, - Ну и ладно, вариант третий – Рюугамине Микадо!
А Кида повзрослел. Стало меньше этой напыщенности и шутливости, но глаза его были все теми же - шальными, с оттенком фанатичного блеска, и губы время от времени растягивались в до боли знакомой улыбке. И если не обращать внимания на обветренные руки друга, немного неуверенно, но все же крепко сжимающие потрепанный ПМ, на карту, с которой он не расставался уже несколько дней, и на постоянное напряжение от неизвестности, что ждет за следующим поворотом, то можно было представить, что они просто выбрались за город на какое-то подобие пикника. Рюугамине усмехнулся и потер лоб, оставляя пальцами на коже грязные дорожки.
- Не рванул бы в таком случае сюда. Кстати, может, разведем костер? Мне кажется, тут вполне безопасно… Я пока пойду, поищу чего деревянного и сухого, - не дожидаясь ответа, Микадо, хлопнув себя по коленям, поднялся и ушел обследовать соседнюю комнату – высовываться на улицу желания не возникало.
***
Ночь выдалась холодной, тихой, туманной. Развести костер они так и не решились – лишняя осторожность не помешает, поэтому спать договорились по очереди, чтобы сохранить хотя бы видимость собственной безопасности. В дальнем углу комнаты шебуршились мыши, царапая маленькими коготками бетонный пол и рваный картон, сваленный в кучу. Безумно хотелось спать, укутавшись во что-нибудь сухое и теплое, или же слышать шелест колес об асфальт, прокрадывающийся через приоткрытую форточку, чувствовать кожей размеренное дыхание Саки, уснувшей на его, Киды, плече. Но все это существовало далеко-далеко отсюда, за сотни километров.
Кида вытащил из-под стола картонную коробку и осторожно выложил её содержимое на пол перед собой. Он был прав, проход в одну из подвальных комнат не случайно был заминирован, но тайник некого Женьки Шустрого, как гласила нацарапанная на крышке ящика надпись, долго не хотел обнаруживаться. Впрочем, ничего такого, что представляло собой особую ценность, там не оказалось. Бутылка водки с выгоревшей, облезшей этикеткой, пара банок тушенки, три аптечки, бинты и патроны. Последнее было совершенно бесполезным, потому что оружия, подходящего к этим патронам, обнаружить так и не удалось, но по негласному соглашению содержимое железного ящика полностью перекочевало в рюкзаки новоявленных сталкеров. Однако больше всего внимание друзей привлек герметичный полупрозрачный контейнер размером с ладонь. Несмотря на все, он был теплым, почти горячим, а предмет внутри НЕГО едва заметно светился красноватым светом. Это успокаивало - держать этот самый контейнер в руках в полной темноте. Наверняка внутри какой-то артефакт – Изая что-то рассказывал об этих подарках Зоны – но открывать его никто не спешил. Но Масаоми предполагал, что рано или поздно его любопытство возьмет верх над здравым смыслом – так было всегда, и вряд ли когда-нибудь изменится. Хотя сейчас не стоит думать о далеком будущем.
Крышка поддалась быстро, с тихим свистом впуская внутрь воздух. Осторожно и не торопясь, практически с замиранием сердца, Кида медленно наклонил коробочку и подставил руку, готовясь выкатить артефакт на ладонь. Безрассудно, глупо, но до безумия интересно. Кожу обдало жаром, но отдергивать руку он не спешил, лишь инстинктивно вздрогнул, когда причудливое образование коснулось ладони и засветилось чуть ярче, словно реагируя на то, что его потревожили. Завораживал, притягивал своим светом, исходящим теплом и тяжестью. Это куда приятнее холодного металла пистолета, приятнее, но от этого не безопаснее. Масаоми сжал светящийся шарик в ладони, но через секунду сдавленно выругался и откинул его на пол, на что артефакт отозвался неясным шипением, словно уголек в догорающем костре.
- Вот именно эту дрянь я Изае и привезу, - раздраженно шептал в никуда парень, проводя подушечками пальцев по вздувшейся от ожогов коже на ладони, - Он как раз хотел какую-нибудь цацку, пусть порадуется!
Сперва появилось чувство, что они тут больше не одни, потом Кида вздрогнул и насторожился, услышав посторонний шум с улицы, словно кто-то подбирался к ним по высокой траве и сломанным веткам. Постарался прислушаться, определить, не показалось ли, начал шарить по полу рукой в поисках пистолета. Сердце колотилось быстро-быстро, глухим эхом в голове отдавался пульс. Так и есть: снаружи кто-то кашлянул, посветил фонариком в окно, выхватывая часть дальней стены, пошел дальше.
Осторожно, почти бесшумно встать и прокрасться ближе к единственному входу – по-другому в здание попасть было нельзя, если только через пробитую крышу, - щелкнуть предохранителем и положить палец на спусковой крючок, держа пистолет на вытянутых и подрагивающих от волнения и страха руках.
Лучшая защита – это нападение. Эту мысль Масаоми пытался вдолбить себе в сознание еще несколько секунд, но легче от этого не становилось. Любой вооруженный человек представлял для него потенциальную угрозу, и неважно, враг он тебе или друг. Тот, у кого есть оружие, опасен по определению.
«А ты когда-нибудь убивал людей, Кида?» - в памяти всплыла ухмылка Орихары, его довольное мурлыкание, его урок, как правильно держать пистолет. Только не сейчас, нет, нет. Масаоми чувствовал, что не готов к такому даже физически – колени дрожали, каждый шаг давался с трудом, где-то внутри зарождался животный страх. И за себя, и за Микадо, что сейчас мирно спал на картонном настиле в другой комнате. Это он, Кида, сейчас несет ответственность за сохранность жизней их обоих.
«Ну же, просто пройди мимо, пройди мимо…»
Парень, сглотнув комок, осторожно высунулся из-за стены, просматривая вход и узкий коридор, ведущий в главное помещение. Мелькнула тень, послышались осторожные шаги – человек тоже не спешил, предусмотрительность никогда не бывает лишней. Луч света скользнул совсем рядом от ног Масаоми, заставив того инстинктивно отпрянуть и крепче сжать пистолет.
Шаг, вдох, еще один шаг, снова вдох, судорожный, хриплый. Сам себе он сейчас напоминал выброшенную на обжигающе холодный лед рыбу, когда умирать еще не хочется, но дышать уже нечем, остается лишь открывать рот и хватать последние крупицы жизни, понимать, что ты на волоске от смерти.
- Эй, а ты еще кто?! – фонарик настоящего хозяина хабара осветил грязные ботинки парня, свет скользнул выше. - А ну стоять!
Масаоми не увидел, скорее, почувствовал себя под прицелом обреза, и крепко сжал свое оружие. Теперь прятаться бессмысленно, одно неверное движение, и назад уже ничего не вернуть. Не будет ни его, ни Микадо, ни Исполнителя Желаний, лишь давящая со всех сторон темнота, вакуум, бесконечность. Бандит шумно выдохнул, целясь Киде прямо в грудь, в район сердца, снова щелкнул предохранитель, на это раз уже на другом оружии, натянулись в гудящую струну нервы.
«А ты когда-нибудь убивал людей, Кида?»
От отдачи немного мотнуло, и пришлось отставить назад ногу, чтобы хоть немного предотвратить ощущение падения в глубокую бездну, когда летишь спиной и не знаешь, когда именно разобьёшься, когда сердце перестанет биться, толкнув кровь по венам в последний раз. Но так только казалось, никто никуда не падал. По крайней мере, сам Кида. Он только стоял и наблюдал расширившимся от ужаса взглядом, как сталкер неуклюже поднимает руку с обрезом, роняет тяжелое оружие, медленно скользит ладонью от плеча и выше, пытаясь дотронуться до перебитой пулей шеи. А затем оседает по стене, оставляя испачканными в крови пальцами красные полосы на шершавой поверхности бетона, сдавленно хрипя, словно пытаясь что-то сказать.
В эту секунду сердце Киды сделало еще один удар и остановилось. Этот момент позже будет казаться ему вечностью, ведь именно сейчас одной пулей он убил двоих – Женьку Шустрого и Масаоми Киду, такого, каким он был раньше. И пистолет больше не холодил руку своим металлом, а обжигал невидимым огнем.
- Эй, что произошло?.. – Микадо осекся, увидев сидящего на полу друга. Больше всего пугало то, что блондин молчал, просто смотря в стену перед собой. Ничего не говорил, не двигался, просто смотрел, не моргая. А потом, прикрыв глаза, тихо рассмеялся и поднял на Рюугамине расфокусированный взгляд, от которого Микадо захотелось просто провалиться под землю, убежать, скрыться, лишь бы не видеть этой бездны, что плескалась где-то в глубине надломившейся души холодными режущими волнами.
- Я, кажется, человека убил, Микадо. Представляешь?..
Под утро безумно захотелось курить, хотя ни один из них не переносил табачный дым. От дешевых сигарет, найденных в кармане бандитской куртки, выворачивало и сводило спазмами кашля легкие, от сомнительного качества водки подташнивало, мутилось и плыло в глазах, реальность казалась двухмерной, плоской, монохромной. Тело больше не чувствовало промозглого холода, мысли и сознание атрофировались, а в воздухе уже не витал горьковатый запах крови. Руки перестали дрожать, железными тисками больше не сдавливал грудь страх, в висках не отдавалось биение сердца. Ничего не было, ни ощущений, ни чувств, ничего. Совсем. Кроме понимающего молчания и скрежета то и дело чиркающей зажигалки. Кида не меньше часа усмехался над собственным порывом похоронить так некстати решившего проверить сохранность своей заначки Шустрого, продолжал накачивать организм дешевым алкоголем, нехотя заедая второсортной и, кажется, уже подпортившейся тушенкой, и Микадо от него не отставал. Не то, чтобы ему очень хотелось или поддержать друга, или напиться, но такое поведение в данной ситуации казалось единственно правильным. Еще через час оба уснули, совершенно не задумываясь о карауле, о котором договорились еще с вечера. К черту безопасность, сейчас не это самое главное.
***
- Герой, выдвигаться пора, - Микадо легонько пихнул Киду локтем в бок, но никакой осмысленной реакции не последовало, хотя Масаоми проснулся полтора часа назад – тот лишь сдавленно хмыкнул и лениво отмахнулся.
Сигареты кончились еще до рассвета.
- Как думаешь, а вдруг все это было зря, а?
- Что «все»? – хотя Микадо и так все было понятно, без лишних слов и взглядов. Но почему-то не хотелось верить, что человек, когда-то бывший лидером «Желтых платков» произнесет именно эти слова.
- К черту, - Кида отхлебнул из фляги, прополоскал рот и сплюнул на грязный пол, приложился к холодному горлышку снова, жадно глотая воду. – Нам выдвигаться надо, ты прав, - ни тени эмоции на лице. – Только сперва…
У Шустрого обнаружилось еще много полезных вещей: новенький пистолет, какая-то модернизированная мастерами Зоны модель старого и верного всем пистолета Макарова, обрез, который никто так и не решился взять – слишком мало было патронов, а лишний груз – лишнее время, ПДА с поцарапанным экраном, встроенным в него датчиком аномалий и картой с координатами важных точек и схронов, охотничий нож, затупившийся и с треснувшей ручкой, какие-то документы на оружие и немного денег.
- Ты не представляешь, насколько нам помог. Нет, правда, - Масаоми сидел на корточках возле трупа и смотрел немного в сторону – лица покойника видеть не хотелось. – Пожелай нам удачи, что ли.
- Кида, пойдем уже, - Рюугамине заметно нервничал, слишком чужим, незнакомым казался сейчас этот сидящий на корточках и усмехающийся одними уголками губ человек. Это было слишком неправильно, противоестественно, - Если повезет, пройдем сегодня еще несколько километров. Чуть севернее сборище военных, нужно обойти.
В дальнем углу комнаты мыши по-прежнему перетаскивали и царапали сваленный в кучу картон.
***
Три часа прошли в совершенном молчании, Масаоми даже на все вопросы отвечал либо кивком, либо неопределенным жестом, а Микадо никак не мог свыкнуться со своей ролью новоявленного лидера. Хоть Кида по-прежнему шел впереди, сверяясь с картой на бандитском наладоннике, притормаживал, когда встроенный датчик аномалий начинал заходиться особенно громким пиликаньем, пытался отследить движения воздуха, Рюугамине чувствовал, что прежняя цель – Исполнитель Желаний, спрятанный где-то в глубине Зоны – уже не так привлекает, что они оба сомневаются, нужно ли им это, боятся той цены, которую им объявят за этот подростковый каприз. Парень понимал, что предложи он сейчас развернуться и пойти назад, постараться забыть все случившееся, вероятность того, что Кида опять вздохнет и сухо кивнет в знак согласия, была очень велика, и сейчас это особенно чувствовалось. Пусть они потом будут жалеть об этом выборе, пусть. Но главное, что все останутся целы.
- Но мы же так хотели этого, правда?
- Микадо, ты что-то сказал? – идущий на несколько шагов впереди Кида остановился, подтянул ремни рюкзака и бросил назад вопросительный взгляд. Именно тогда Рюугамине понял, что произнес последнюю мысль вслух.
Перемявшись с ноги на ногу и сделав вид, что он лишь стряхивает налипшие комья грязи с потертых армейских берцов, парень лишь повел плечом, как бы спрашивая «Ну что там?».
Масаоми был уверен в том человеке, которого берет с собой в Зону, и, хоть поначалу и был категорически против, вскоре согласился на то, чтобы Микадо пошел с ним, рассказал все то, что уже знал сам, в красках обрисовал маршрут и конечную цель, об опасности и возможных проблемах он предпочел умолчать – его друг парень совсем неглупый, сам все поймет без лишних слов. Все же хороший и проверенный годами человек никогда не будет лишним в этих местах, здесь важно знать, что тому, кто идет позади, можно без лишних сомнений подставить спину.
«Был бы сейчас тут Орихара, мы бы перегрызли друг другу глотки…»
Кида расценил жест правильно.
- Так… если верить этому чудо-навигатору, то мы до сих пор тащимся по южной окраине. В километре от нас блокпост. - Масаоми сосредоточенно всматривался в экран, прокручивая изображение, - недалеко есть дорога, причем довольно большая… Но там идти, думаю, не безопасно, пойдем прямо, меньше вероятности, что натолкнемся на кого-нибудь.
Рюугамине не узнавал своего друга. Слишком сдержанный, рассудительный. Может, все же свернуть обратно?.. Сбитые в берцах ноги неприятно саднили, ужасно хотелось спать – три часа в сутки все же недостаточно для организма: тело еще слушается, но мысли начинают сбиваться и путаться. Слева, где-то под ребрами, несмотря на то, что все спокойно, бешено билось сердце.
- Вот только проблем с местной охраной нам не хватало, - Микадо потер переносицу, в уме рассуждая, какой маршрут лучше выбрать. С одной стороны – нормальная дорога и патруль военных, а с другой – трава по колено, кусты и непонятная живность, которая там водится, - Ну, пойдем?
- Эй, вы! А ну стоять!
Чувство, что тебя держат на прицеле и вот-вот нашпигуют дешевым свинцом, Киде стало уже почти привычным.
***
Что, в каждом районе чего бы то ни было есть свой информатор? Хотя человек, сидящий напротив, напоминал Изаю меньше всего. В Орихаре было что-то притягивающее, заставляющее слушать его, смотреть в глаза. Он мог сделать так, что слушатель невольно будет воспринимать навязанное им, как свои собственные идеи. Информатор Икебукуро был человеком, которого пусть и хочется, но невозможно наказать за то, что он сделал, по одной простой причине. Мир знает двух людей, носящих это имя – Орихара Изая, причем два этих человека находятся в одном месте, в одном теле, у них одна на двоих внешность, одинаковые идеи, один разум. Первый Изая – манипулятор. Он вертит людьми, как только ему угодно, и ничуть об этом не жалеет. Он может сказать тебе «Прыгни с крыши», и ты сделаешь это, за секунду до соприкосновения с шершавым холодным асфальтом подумав, что этот человек подсказал тебе единственно правильный выход из ситуации. Он будет крутиться в своем кресле, лениво перебирая пальцами по клавиатуре, искать нужную тебе информацию, и ничего не возьмёт взамен, попросту зная, что один щелчок пальцами – и ты придешь к нему, одна фраза – и ты выполнишь его просьбу, совершенно не задумываясь о последствиях. Такой Орихара кривит губы в саркастической усмешке, но не колеблется, и ты веришь ему. Он серьёзен в своей наигранности, абсурден в своей логичности и совершенно правилен в своей аморальности. Этому Изае нравятся крайности, нравится ходить по лезвию ножа. Его любят, его ненавидят, им восхищаются. Таким информатором одержимы. Но есть другой Изая, вне работы. Он устало трет глаза, надевает очки для компьютера и не просит Намие принести ему кофе. Он не делает что-то только ради своей выгоды, хотя наверняка об этом думает, лишь разбирает завалы ценных и не очень документов, раскладывает пасьянс и смотрит «Формулу 1». Это два совершенно разных человека. И именно поэтому все бессильны перед ним.
Этот же человек не был похож ни на одного Изаю, которых знал Масаоми. Сидорович, как понял Кида из обрывков услышанного разговора, был отталкивающим. Не хотелось слушать, что именно он бубнит себе под нос, пережевывая куриную ножку, и что-то объясняет одному из приведших их сюда сталкеров, хотя разница, слушать его или нет - им слова еще никто не давал. Не было и желания осматриваться вокруг – это действие было чем-то похожим на рефлекс.
Подвальное помещение напоминало старый бункер, хотя неясно, для чего именно он был здесь построен. Под потолком, то и дело мигая, висела лампочка, возле стен были кабинки с кодовыми замками, видимо, чтобы забежавшие за информацией или товаром могли закинуть туда свои вещи, справа была еще одна дверь, железная, массивная и наглухо закрытая, а напротив, на низкой скамейке, сидел угрюмого вида мужчина в военном камуфляже и по очереди сверлил тяжелым взглядом каждого из друзей. Душно, неспокойно, и предательски дрожат колени от волнения и страха, в то время как кулаки крепко сжаты от злости и раздражения.
Микадо нервно сглотнул и с шумом втянул в себя воздух – слова «допрыгались, ребятки» ясно давали понять, что ничего хорошего их тут не ждет. Маскировка? Осторожность? О чем вы? Так глупо попасться нужно было уметь.
- Тогда какого черта они ходят с бандитским КПК?
- А это мы уже у них и спросим, - за дверью глухо прокашлялись, послышался звук отодвигаемого стула. - Тащи этих сюда.
***
Рюугамине не возвращался уже минут пятнадцать – Кида то и дело бросал беглый взгляд на циферблат часов, висевших на стене возле двери. Ни оружия, ни карты – ничего. Все теперь хранилось в коробке под столом Сидоровича, начиная от найденного артефакта, заканчивая деньгами и картой. Вселяла мнимое спокойствие только мысль о том, что спрятанный в берцах походный нож так и не был изъят заботящимся о своей безопасности торговцем. По возвращению нужно будет предъявить Орихаре, что его информация о вольных сталкерах значительно расходится с реальностью. Не задерживают они, как же. Масаоми хмыкнул и тут же был награжден недовольным взглядом парня лет на пять старше его. Поставили его в качестве охранника – так уже мнит о себе неизвестно что!
- Сигаретки не найдется? – Кида скривил губы в усмешке и, чтобы его наверняка поняли, приложил к губам два пальца и вопросительно выгнул бровь – все-таки акцент у него был дикий, парень и сам это прекрасно понимал.
- О, мы даже разговаривать умеем! – сталкер напротив залился сухим лающим смехом, однако в карман все же полез, выуживая из смятой пачки сигарету с зажигалкой, - И откуда же это вы вообще такие, а? Свалились, блин. Не завидую я вам, парнишки, ой как не завидую…
Кида промолчал, чиркая зажигалкой. Один раз, второй, третий. После нескольких затяжек повело, а глаза начали слезиться от терпкого дыма. Опять же не говоря ни слова, он вернул зажигалку владельцу и прислонился к стене. Где же Микадо?
Наверняка они подумали, что главный именно Рюугамине, хотя внешне на вид лидера он не очень-то подходил. Но тут так принято, пускать кого-то впереди себя. Того, у кого больше опыта, кто по одним лишь движениям воздуха может определить положение аномалии, найти безопасный путь, чтобы не подвергать опасности идущих сзади. Или того, кого просто не жалко, кто примет львиную долю опасности на себя. Но он даже не говорит по-русски. Никак, только элементарный набор слов. Микадо…
Прошло ровно двадцать минут.
- А ты смелый, если вздумал курить прямо тут!
Из своих мыслей Масаоми вырвал резкий рывок вверх и назад, но, придержавшись за дверной косяк и подавившись дымом, равновесие он восстановить смог. На улицу так на улицу, будет шанс лучше осмотреть окрестности.
- А бежать вздумаешь, как пса слепого пристрелю, - дуло пистолета, упершееся между лопаток, явно дало понять, что парень не шутит. Что ж - Кида хмыкнул - оказывается, ему еще учиться и учиться. Первое мнение о людях часто бывает обманчивым.
Лагерь не был чем-то примечательным, и особенно безопасным тоже не выглядел – мысль о том, что выгоревший ряд деревянных домов отличался хоть какой-то защищенностью, была весьма сомнительной. По четыре дома с каждой стороны улицы, поваленные заборы, дыры в крышах, в отдельных домах не было даже некоторых стен – деревянную конструкцию, что некогда была чьим-то жилищем, теперь и домом назвать было сложно. В конце улицы небольшой подъем, выходящий как раз на ту дорогу, что они видели на карте наладонника, там же покореженный кузов грузовика, возле которого стояли двое патрульных с автоматами наперевес, поджидая потенциальную опасность. Справа холмы с поваленными деревьями, вдалеке виднеется железнодорожная насыпь. Сразу мелькнула мысль пуститься в том направлении со всех ног, но это в любом случае грозило прощанием с жизнью, даже если бы к Масаоми не приставили этого раздражающего «телохранителя». Сунуться за мост безоружным было практически таким же безумием, что и выйти голышом под кислотный дождь, радостно прыгая по лужам и ловя языком ядовитые капли.
Значит, в противоположном направлении, километрах в двух, был блокпост, который друзья и намеревались обойти. Что ж, два километра за день – это совсем не плохо.
«Это самый худший расклад событий, который только можно было вообразить», - Кида кинул так и недокуренную сигарету себе под ноги, втоптал бычок носком берца в пожухлые листья и развернулся лицом к сопровождающему, демонстративно подняв голову и давая тому знать, что никуда бежать он не собирается, и можно вернуться обратно в этот ставший уже почти ненавистным подвал.
Микадо из кабинета торговца так и не выходил.
***
Следующий удар наотмашь пришелся по и так уже саднившей и ноющей скуле – вроде бы били и не кулаком, но и не ладонью, еще пока не нормальный мужской удар, но и уже далеко не пощечина, хотя такой же унизительный.
- Так, перестань, ты их мне убьешь тут, - из дальнего конца комнаты послышался хриплый голос Сидоровича. – Он даже еще сообразить не успел, что к чему, а ты его лупишь!
Сталкер что-то буркнул, но отпустил ворот Киды и оттолкнул его от себя, словно брезговал. Масаоми злобно оскалился и инстинктивно сделал шаг назад, подальше от приближавшегося к нему мужчине, который лишь надменно улыбался. В его глазах явно читалось «Заговоришь, как миленький, деваться все равно некуда». Хотя последняя часть фразы была донельзя правдивой, и не признать этого было бы либо величайшей глупостью, либо просто показателем недалекого ума, хотя мозг работал во всю, судорожно перебирая все возможные варианты развития событий и пути к отступлению. Однако адекватно и последовательно мыслить мешало лишь одно оставшееся у Масаоми чувство – смесь злости и ненависти, и если бы взглядом можно было убить, Сидорович бы давно лежал на полу с простреленной головой.
Микадо сидел в углу на хлипком рассохшемся стуле, но настроен был менее агрессивно – спесь весьма неплохо убавляется методом рукоприкладства. За что его избили – хотя скорее хотели запугать – он так и не понял, но общее представление о происходящем имел, все известные факты выстроились в логическую цепочку почти сразу. Но даже если бы он и хотел что-то рассказать торговцу, то банально не смог бы. Хотя этого желания не то чтобы не было, оно даже не думало зарождаться.
- Ты кто такой вообще?
Кида промолчал, переводя взгляд с Сидоровича на Микадо.
- Звать тебя как, я спрашиваю! Не понимаешь, что ли?
Снова молчание в ответ. Но Масаоми прекрасно понимал и то, что говорит мужчина и то, что он них хотели в принципе. Наверное, они доставили этим охотникам за деньгами уйму хлопот и пару часов головной боли, раз так стараются вытрясти из них хоть что-то. Хотя, что можно было получить от двух подростков, неизвестно как здесь оказавшихся? Потенциальной выгоды от своей персоны Кида не видел никакой, разве что они с Микадо могут послужить неплохим развлечением для уставшего сидеть в подполье торговца – Масаоми со стопроцентной уверенностью мог сказать, что добыча не каждый день добровольно приходит к хищнику в логово и не отдает себя на растерзание когтистым лапам. Теперь все зависело от меры извращенности фантазии Сидоровича, кто знает, что он может придумать? И почему-то перспектива оказаться в загоне с какими-нибудь дикими тварями этих мест казалась не такой уж и неприятной.
Внезапно накатившие волны пессимизма отпускать не думали, и, кажется, что если ничего не сказать, не сделать, то они накроют с головой и утащат в шумный водоворот, где останется только опустить руки и принять свою судьбу такой, какой её тебе преподнесли.
- Идеальный конец – сдохнуть прямо тут, да, Микадо? – от мнимой безысходности ситуации Киду пробило на сарказм. Слишком много всего произошло, слишком быстро, слишком ошеломляюще. Игнорируя торговца, Масаоми кинул быстрый взгляд на друга и едва заметно усмехнулся.
- Чего ты там бормочешь?
- Масаоми Кида. Мое имя, - парень развернулся обратно к Сидоровичу и кивнул, давая понять, что бессмысленная игра в молчанку затянулась. Орихара всегда говорил, что нужно извлекать выгоду из любой ситуации всяческими доступными на данный момент способами. Что ж, пора вспомнить его уроки.
Спиной чувствовался взгляд Рюугамине - вопросительный, обеспокоенный. Когда же жизнь научит его тому, что волноваться нужно и за себя тоже? Но Кида оборачиваться не думал, и так риск того, что все пойдет не так был слишком велик. Разговор должен был состояться, но с глазу на глаз, посторонние слушатели всегда были лишними, пусть даже эти посторонние являются самыми близкими людьми.
Торговец кивнул своим людям и махнул рукой на дверь. Сзади послышалось копошение, чье-то сдавленное ругательство, топот нескольких пар ботинок, противно скрипнула дверь, затем голоса стали дальше и тише. Напряжение в комнате нарастало, даже не думая сбавлять скорость.
Где-то в глубине души парень был рад тому, что Микадо не видел его вымученной улыбки.
***
Сразу после рассвета начался дождь, мелкий, холодный. Промозглый холод забирался под куртку и гладил своими руками спину, щекотал основание шеи, заставляя съеживаться и то и дело поправлять промокший воротник, натягивать капюшон на растрепанные волосы еще сильнее. Под ботинками неприятно проминались пожухлая трава и листья, след от подошв отпечатывался на сырой земле с тихим хлюпаньем, ноги то и дело скользили по размокшей глине.
Дождь почему-то был бесшумным, лишь чувствовался своим холодом, хлесткими прикосновениями, влажными дорожками на лице. Рюугамине казалось, что в его системе что-то дало сбой: как ломается холодильник и начинает барахлить телевизор, так и он перестал воспринимать половину внешних звуков, будто кто-то специально нажал кнопку на пульте и не без удовольствия наблюдал за сложившейся ситуацией. Микадо все так же различал мерзкое хлюпанье под ногами, собственный пульс, уже который час отдающийся глухой пульсацией где-то в затылке, тихое шипение Киды, идущего несколькими шагами позади, слышал даже его тяжелое дыхание. Но не было ни звука дождя, ни шелеста ветра, ни слов Масаоми, хотя он – парень был совершенно уверен в этом – что-то говорил, замолкая лишь на время. Наверное, раздумывал вслух, где бы лучше пройти и что делать дальше, стоит ли вообще, а может быть, шутливо причитал, что он больше не поведется на истории Саймона о таинственных неизученных местах и прочей чуши в духе несметных богатств или исполнителя желаний. Но, к сожалению, по губам Рюугамине читать не научился, хотя догадывался, что Кида снова и снова рассказывает какую-нибудь историю, тихо шепча её себе под нос, чтобы отвлечься, забыться, разрядить обстановку. Если подумать, от прежнего Масаоми Киды осталось не так уж и много.
Их отпустили рано утром. Без денег, документов и того самого наладонника, что был позаимствован у бандита Шустрого. Без карты и без артефакта, который Масаоми хотел привезти в подарок Изае. За плечами висели полупустые рюкзаки – еды на два дня, коробка с патронами, наверняка уже отсыревшая или даже промокшая, мешочек с железяками – болтами и гайками - и одной курткой, которая была велика каждому на добрых три размера. Отпустили. С то и дело грозившим отключиться от усталости сознанием, с болевшими ребрами и ссадинами, с полупустой пачкой сигарет, с ножом, что был спрятан в ботинке Киды, и с одним пистолетом на двоих. Но они оба были живы, и Рюугамине даже не смел предположить, как и за какую цену другу удалось выторговать их свободу.
Впереди, в утреннем влажном сумраке, виднелся искомый проход под железнодорожной насыпью.
- Эй, Кида, - голос казался охрипшим, - Туда?
Масаоми неопределенно махнул рукой вперед и отмолчался, осторожно шагая следом. Микадо остановился, почувствовал, как замер и друг, не спеша обгонять и идти впереди. Недосказанность. Именно в этот момент Рюугамине понял, насколько он не любит подобную атмосферу.
- Возвращаться ведь некуда, - парень скинул свой рюкзак, вытащил мешочек с болтами, достал один, положил себе на ладонь и прикрыл глаза, словно наслаждаясь тяжестью кусочка холодного металла в руке.
- А мы и не вернемся.
Голос Микадо был ровным и спокойным, словно он говорил о каких-то совершенно будничных вещах. Вот она, та непроизнесенная вслух правда, что была известна им обоим. Втайне никто не хотел ни озвучивать, ни услышать эти слова, но отрицать это было невозможно. Масаоми тяжело вздохнул, поставил ногу на камень и замершими пальцами нарочито медленно, словно выигрывая у неизбежности еще несколько секунд времени, перешнуровал свой ботинок, затем закинул на плечо рюкзак и развернулся к товарищу.
- Микадо, - Кида улыбался. По-настоящему, так, как и несколько лет назад, точно такой же улыбкой, с которой он встречал его по первому приезду в Токио. – Я так привык жить, что умирать мне как-то странно. Веришь? Пусть и звучит несколько глупо.
Рюугамине подошел вплотную, положил руку ему на плечо и кивнул. Взял ржавый болт из раскрытой ладони Киды, включил фонарик, выхватил лучом света небольшой участок прохода, железные штыри, несколько расплавленных шин и покореженный корпус ржавого автомобиля. Замахнулся и швырнул болт в глубину тоннеля, делая шаг вперед.
- Верю.

@темы: Fanfiction, Осенний фестиваль: Масаоми Кида

URL
Комментарии
2013-01-08 в 15:39 

грей дориан
лишь пустота в конце каждого пути
Нет слов - одни эмоции.
Это было вкусно.

2013-01-08 в 16:01 

Zincum
U never seen a man like me.
napoleone.tortos, спасибо.) Я рад, что вам понравилось.

   

Durarara Festival

главная